Подробнее Запомнить город


Война после войны

размер текста:

В канун 9 Мая был опубликован занятный документ, появившийся из недр «Единой России». Он причудливым образом сочетает в себе ультиматум соседям и констатацию возвращения к советской трактовке событий
Второй мировой войны

Если исходить из территориальных приобретений, Украина, безусловно, выиграла в результате Второй мировой войны. Но за это пришлось заплатить чрезвычайно высокую цену. Установить потери УCCР во Второй мировой войне можно лишь приблизительно, поскольку в рамках общих потерь СССР потери национальных республик не учитывались. Однако о порядке этих цифр можно судить уже по тому, что численность населения республики с 41,66 млн. в 1941 году сократилась до 27,38 млн. к началу 1945-го. Значительная часть из этих 14,28 млн. приходится на безвозвратные потери. По данным Института истории Украины НАН Украины, совокупное число жертв — как военных, так и гражданских — достигает 8 млн. К тем же цифрам склоняются и историки из диаспоры.

Таким образом, как по абсолютному, так и по относительному количеству потерь, Украина заняла второе место среди участников этой войны. На первом месте по абсолютному числу оказалась Россия (около 13 млн.), по относительному — Польша (19,6% против 19,1%).

Третье место по абсолютному количеству потерь занимает Германия (6,5 млн. человек, 9,1%), четвертое — Польша (5 млн. человек в нынешних границах). По мере уменьшения совокупных потерь первую десятку продолжают Беларусь, Япония, Югославия, Франция, Италия и Румыния.

ПРОЕКТ Федерального закона «О противодействии реабилитации в новых независимых государствах на территории бывшего Союза ССР нацизма, нацистских преступников и их пособников» является юридическим документом лишь в ограниченной мере. Главная его функция — политическая. Это своего рода манифест, которым Москва заявляет свои права на идеологический контроль над постсоветским пространством, прежде всего его европейской частью — Украиной и странами Балтии. Дело отнюдь не в попытках реабилитации нацизма в бывших союзных республиках, как гласит название закона. Москва ясно дает понять, что не потерпит плюрализма в отношении истории Второй мировой войны.

ЗАЛОГ ИНТЕГРАЦИИ

Миф о Великой Отечественной войне являлся одним из основополагающих для советской мифологии. И, пожалуй, самым успешным. Ни одна из консолидирующих мифологем, созданных за годы существования СССР, в отличие от мифологемы Победы, не имела государствообразующего значения — хотя бы потому, что не была всеобъемлющей. Кроме того, классовая борьба, интернационализм и коммунизм в основе своей являются антигосударственными.
Официальное празднование Дня Победы, хоть и было спущено сверху, воспринималось подавляющей частью населения СССР не только с пониманием, но и — что значительно важнее — с одобрением. При этом отношение к войне было одним из главных критериев самоидентификации члена советского общества — национальные и мировоззренческие различия отходили на второй план. Мифологема Великой Отечественной оказалась столь сильна, что успешно пережила Советский Союз и до сих пор является единственным идеологическим клеем для бывшего советского пространства. Отказ от нее неминуемо поставит крест на любых проектах его реконсолидации. И именно этому хотят помешать авторы закона «О противодействии реабилитации...». Кремль беспокоит разрушение единого идеологического поля, в рамках которого СССР еще продолжает существовать и которое по-прежнему жестко контролируется Москвой.

Российские законотворцы выступают отнюдь не против реабилитации нацистов на постсоветском пространстве — таких прецедентов попросту нет. Истинная цель их инициативы — консервация дихотомии в отношении Восточного фронта Второй мировой: все, что не красное, объявляется коричневым. Так, согласно закону, под определение «пособник нацизма» подпадает все население оккупированных территорий (а с учетом направленности закона вовне, понятно, каких именно), поскольку вольно или невольно сотрудничало с оккупантами. Но ведь очевидно, что жить на оккупированной территории и никак не контактировать с оккупационными властями невозможно. Впрочем, исключение есть — пособниками нацизма не считаются те, кто помогал советским подпольщикам, партизанам и РККА. Вот так сочувствовавших, к примеру, польской Армии Крайовой, которая также сражалась с немцами, и — тем более — помогавших УПА приравняли к гитлеровцам.

Но если экс-друзьям по соцлагерю не возбраняется пересматривать историю, то бывшим советским — зась. Дело здесь вот в чем. Официальное признание, что Великая Отечественная отнюдь не ограничивалась противостоянием Москвы и Берлина, фактически станет признанием «новых» наций на самоопределение, а допустить этого Россия не может. Хотя невозможно списывать со счетов фактор третьей силы — антибольшевистских (в том числе и национальных) повстанческих движений и вооруженных формирований, которые сотрудничали с немцами исходя из принципа «враг моего врага — мой друг». Интересно, что в западной историографии давно существует термин co-belligirent («совраг»). Он относится к тем, кто так или иначе поддерживая Германию, но не будучи ее союзником в полной мере (в отличие от Италии и Японии), вступая в войну, имел совсем иные цели. Румынии была нужна Бессарабия, Венгрии — Трансильвания, Словакии — захваченные Польшей и Венгрией территории, Финляндии — возврат к границам 1939 года. Никто из них не мечтал о мировом господстве. Тем более не мечтали о нем антисоветские национальные движения.

СТАЛИН БЕЗ КОММУНИЗМА

Третья сила была и в самой России. Ни в войну 1812 года, ни в Первую мировую — обе Отечественные — русских формирований во вражеских армиях не было. В третью Отечественную — Великую — на стороне Германии оказалось, по разным оценкам, до 1,5–2 млн. советских граждан, значительную часть которых составляли русские. А ведь были еще и белоэмигранты. Война гражданская — в нынешней России такое же непопулярное измерение Великой Отечественной, как и в СССР. И это не случайно — ведь после короткой второй оттепели горбачевско-ельцинских времен Москва вновь взяла курс на ресталинизацию. Сама концепция, что Россия окружена врагами, понимающими лишь язык силы, — оттуда. Война с родиной Сталина парадоксальным образом стала пиковым ее проявлением.

Но даже если опустить эту непрямую, в общем, ассоциацию, бренд «Сталин» стал одним из самых популярных в российском информационном пространстве. Его раскручивают СМИ — даже если забыть о лавине публикаций, оправдывающих действия советского руководства накануне и во время войны, в журналистском языке оборот «человек сталинской закалки» неизменно фигурирует в позитивном смысле. На телевидении эта раскрутка еще сильнее — в минувшем году Иосиф Сталин по результатам интернет-голосования занял третье место в телевизионном проекте «Имя — Россия». В ходе голосования Сталин лидировал с большим отрывом, однако затем организаторы обвинили в его продвижении спамеров и обнулили счетчик вождя. Кино вообще превратилось в смесь агитпропа и голливудщины, как правило, в ущерб исторической правде. Дошло даже до того, что в православных храмах начали выставлять иконы с изображением Сталина — пусть и в инициативном порядке.

Школа тоже не отстает. Репрезентованный в прошлом году в качестве базового и запрещенный для критики учебник под редакцией Александра Филиппова, по сути, является апологией сталинизма. Вождь всех времен и народов там называется «великим политическим менеджером», террор (который советскими историками попросту замалчивался или подавался как перегиб партийной линии) предстает как «прагматичный инструмент решения народно-хозяйственных задач», Катынь — справедливое возмездие полякам за поражение в войне 1920 года, аннексия Бессарабии и оккупация Прибалтики мотивируются тем, что ранее они входили в состав Российской империи. По словам авторов, «основное внимание учащихся предполагается сконцентрировать на объяснении мотивов и логики действий власти». То есть прояснить цели и оправдать средства.

В этом контексте думская инициатива имеет четкую внутреннюю направленность: защитить сталинизм от либеральных нападок. Формулировки, которые присутствуют в тексте закона, позволяют реабилитацией нацизма и оправданием нацистских преступников считать все что угодно, в зависимости от того, как то или иное явление будет квалифицировано трибуналом, создание которого предусмотрено документом. Подсудным делом может оказаться и изучение пакта Молотова — Риббентропа, и обсуждение Голодомора, депортаций и репрессий, проводимых НКВД и МГБ.

Свою юридическую преемственность от власти советской нынешняя российская власть подкрепляет идеологически. Под бравурные заявления о России, восстающей из пепла, Кремль осуществляет проект модернизации сталинизма. Правда, место коммунизма в этом проекте занимает национализм. Но Россия крепко застряла на стадии донациональной державы, и ее полиэтничность является серьезным препятствием для его внедрения. Кроме того, такая подмена ведет к сбоям в идентификации самой власти. Внутри страны идет яростная антикоммунистическая кампания, но при этом Россия не подписывает резолюцию Европарламента, осуждающую коммунизм наравне с нацизмом (соответственно, замалчивается, что День памяти жертв тоталитарных режимов — 23 августа, то есть дата подписания пакта Молотова — Риббентропа). Триколор над Кремлем мирно уживается с восстановленным сталинским гимном. Звезды на крыльях самолетов ВВС становятся трехцветными. Восстанавливается памятник Дзержинскому на Петровке, Николаю ІІ отказывают в реабилитации, а Солженицыну оказывают официальные почести. Президент поздравляет всех с Пасхой. Едва ли не единственная область, где все эти противоречия снимаются, — это мифология. В особенности — миф о Великой Отечественной (яркий пример — священник, ставший войсковым капелланом в фильме «Штрафбат»). И именно этот миф вновь становится государствообразующим.

КОНКУРЕНЦИЯ МИФОВ

Все бы ничего, но проблема заключается в том, что когда мифу — то есть системе мировоззрения — требуется юридическая защита, это свидетельствует о его слабости. Вспомним хотя бы принятый Верховной Радой Закон «О Голодоморе 1932–1933 годов в Украине», а ведь армяне без всяких законов помнят о своем геноциде и не дают забыть о нем миру. Самое неприятное здесь то, что за все годы независимости Украина не сгенерировала, не вспомнила и не синтезировала ни одного успешного исторического мифа. Украинская нация есть, украинское государство есть, но объединяющей идеи — нет. Гуманизация Тараса Шевченко — иконы украинства, — какую бы форму она ни принимала, безусловно, позитивна. Но красный угол оказался пуст, и это опять же безусловная угроза государственности.

В зависимости от политических пристрастий нашего политбомонда даже казацкий миф, который раньше ассоциировался с походами на Царьград и Каффу, сейчас «переориентировался» на Полтаву и Конотоп. Ситуация в отношении Второй мировой войны еще хуже. Борьба двух мифов, которые можно условно назвать «повстанческим» и «освободительным», нельзя объяснять лишь исторической географией. Нынешние дебаты являются продолжением украинской гражданской войны, которая стала неотъемлемой частью и «визвольних змагань» 1917–1921 годов, и Восточного фронта Второй мировой. Причем обе стороны добиваются полной победы. Точнее, полной пирровой победы, поскольку скорое и безусловное принятие любого из них станет навязыванием, равносильным проигрышу. Между тем примирение в гражданской войне предусматривает обязательный компромисс.

К примеру, отрицать вклад Степана Бандеры в дело украинской государственности бессмысленно — ведь советский агент убил его за то же, за что нацисты заключили в Заксенхаузен. Но так же бессмысленно отрицать, что он возглавлял отнюдь не демократическую партию вождистского типа. УПА, безусловно, боролась за независимость Украины, но на ее репутации тоже есть пятна — вспомнить хотя бы Волынскую резню 1943 года. В то же время пора перестать муссировать сплетню о «двух крестах Шухевича»: немецкая наградная система исключала повторное представление к той же награде, а списки кавалеров Железного креста всех классов достаточно полны, но доказательства почему-то не представлены.

С дивизией «Галичина» тоже все далеко не однозначно: сформированная немцами, она рассматривалась как оперативный резерв той же УПА. Нюрнбергский трибунал поставил вне закона организацию SS и все аффилированные с ней структуры, но в то же время не стоит забывать о том, что советская пропаганда сделала служащих «Галичины» едва ли не большими карателями, чем солдат «Мертвой головы».

Требование консервации советского мифа о войне, которой добивается ряд партий, несет сиюминутную политическую выгоду как с точки зрения электоральной поддержки, так и в отношениях с Россией. Однако этим ее позитив и ограничивается. Такое единое мифологическое пространство само по себе будет исключать любой диалог на равных: Москва будет воспринимать как проявление нелояльности не только «больные» вопросы о Голодоморе, депортации крымских татар и операции «Висла», но и такие на первый взгляд нейтральные темы, как цена ОБЩЕЙ победы.

В самой же Украине такая консервация еще более опасна. Не только потому, что Красная Армия далеко не всегда была освободительницей. Советская мифологема о войне — это оправдание сталинизма, признание «хорошим» одного из двух страшнейших тоталитарных режимов в истории лишь на том основании, что он «наш». Вынужденная конкуренция этой мифологемы с «повстанческой» — признак демократизации в головах, которая в конечном итоге работает на благо будущего страны. При условии, что ни одна из этих мифологем в нынешнем виде не превратится в юридически защищенную догму.

... ...
 


Комментарии
комментариев: 0

...
Новости партнеров


Дайджест
22.05.18, ubr.ua
Водители активно ищут замену дорожающему ввозу литовцев. И находят - перегнанные с американского континента авто, на которые ставят украинские номера.
22.05.18, Вести
Украинцев, которые ищут лучшей жизни за границей, становится все больше.
22.05.18, Дело
Нерешенной остается роль международных экспертов при выборе судей антикоррупционного суда.
В этом году цены на проезд в поездах вырастут дважды.
22.05.18, Сегодня
Разрешат свободу движения денег. Эксперты: может быть отток СКВ.
22.05.18, ubr.ua
Банкиры не говорят об укреплении гривны и ждут выплат по НДС со стороны Госказначейства.
21.05.18
21.05.18, ubr.ua
На каких условиях можно продавать иностранным инвесторам.
21.05.18, Газета.ru
Президент Болгарии предлагает построить прямой газопровод из России.
19.05.18
18.05.18
17.05.18
16.05.18


Жми «Подписаться» и получай самые интересные новости портала в Facebook!